Российское вино 1990 года

Российское вино 1990 года — ещё один винтаж, заставший страну в процессе слома, который тогда ещё не был очевиден современникам. 1990 год стал точкой, с которой в СССР начался переход к рыночной модели: легализовали частную собственность, стали появляться фондовый и валютный рынки — притом что до официального распада страны оставалось чуть больше года. Вино этого урожая делали в системе, которая формально ещё оставалась плановой, а не рыночной, но уже трещала по швам: дефицит товаров, включая алкоголь, к этому моменту решали через талоны, а не через свободную продажу.

Причина, по которой такие бутылки вообще можно найти сегодня, кроется не в удачном хранении, а в самой рецептуре. Десертные и крепленые категории — мускаты, кагоры, портвейны, мадеры — изначально делают с высоким содержанием сахара и спирта, а оба компонента подавляют микробиологическую порчу и позволяют вину сохраняться десятилетиями. Сухие столовые вина того же урожая такого шанса не получили: их пили в первые год-два после розлива, архивных запасов по этой категории почти не осталось.

Вкус вина такого возраста определяется общей для категории логикой старения, хотя каждый сорт проходит её по-разному. У муската цветочный характер сорта остаётся узнаваемым даже спустя треть века, но обрастает ореховой глубиной; кагор смещается от свежей ягоды к черносливу и вяленому инжиру; портвейн и мадера приобретают ту благородную окисленность и ореховый тон, которые в виноделии считают признаком правильной зрелости, а не изъяном. Цвет за такой срок неизбежно уходит в густой янтарный или тёмно-медовый оттенок, а итоговую гармонию — или, наоборот, крен в приторность — определяет исходный баланс сахара и кислотности, заложенный ещё при сборе урожая.